Иранская война и её последствия: как рост цен на топливо перекрывает школьные маршруты детей на озере Тонлесап в Камбодже

Камбоджа, озеро Тонлесап — крупнейшее пресноводное озеро Юго-Восточной Азии. В сезон дождей водная гладь поглощает всё вокруг: рыбацкие лодки, школьные суда, хижины дрейфуют на воде, образуя временные деревни. Двенадцатилетний Соксан (Soksan Set) каждый день на рассвете отправляется из дома на лодке в деревенскую школу в нескольких километрах. Но сейчас между ним и классом стоит не расстояние, а цена бензина.

По сообщению DW, с начала иранской войны 2026 года мировые цены на топливо резко выросли. Этот далёкий военный конфликт самым прямым и жестоким образом давит на самые бедные слои Камбоджи — плавучие общины на озере Тонлесап.

DW со ссылкой на данные Всемирного банка отмечает, что в марте этого года бензин в Камбодже за месяц подорожал на 45%, а дизельное топливо — более чем на 70%, что стало самым резким месячным ростом с 2008 года. По данным сайта мировых цен на бензин, розничная цена бензина в Камбодже сейчас достигает 5700 риелей за литр (около 1,41 доллара), что на 26,7% выше прошлогодних 4500 риелей.

В самой Камбодже нет ни одного нефтеперерабатывающего предприятия, и все нефтепродукты импортируются. Это означает, что где бы ни разразился конфликт, стоит лишь ценам на нефть и региональным поставкам начать колебаться — автозаправочные станции и семейные бюджеты этой страны Юго-Восточной Азии немедленно оказываются под давлением.

По сообщению DW, правительство Камбоджи уже ввело топливные скидки, снижение налогов и нулевые импортные пошлины, пытаясь смягчить удар от роста мировых цен на нефть. Однако для семей с и без того ограниченным и нестабильным доходом субсидий далеко не достаточно.

Рыбацкие семьи на Тонлесапе оказались под ударом первыми. Отец Соксана, 41-летний Сет Соум (Set Soeum), рассказал DW: «Стоит бензину подорожать — у нас уже нет денег вовремя отправлять детей в школу. И рыбы удаётся поймать немного: каждый день только на рыбалку уходит около трёх литров бензина». Дети реагируют с трогательной рассудительностью. Соксан говорит: «Мы впятером с одноклассниками скидываемся на бензин, иногда покупаем всего один литр. Когда не можем купить — гребём сами, пусть даже на дорогу уходит целый час, всё равно идём в школу».

Двенадцатилетняя Сиен (Siyien Ly) в сухой сезон добирается до школы пешком более получаса, а когда паводковые воды затапливают дороги, может рассчитывать только на школьное судно, которое работает при поддержке гуманитарной помощи. Она говорит: «Бензин всё время дорожает, но мы всё равно продолжаем ходить в школу, потому что образование важно для нашего будущего». Её мать Кунтэа (Kunthea Chin) сейчас перебивается продажей сока сахарного тростника и содержит семью из шести человек: ежедневный доход сократился примерно с 20 до 10 долларов, при этом только на топливо уходит около 150 долларов в месяц.

Более скрытая цена ложится на сами плавучие школы. Национальный директор Action Education в Камбодже Сампхорс Ворн (Samphors Vorn) заявил DW: «Для детей, живущих в плавучих общинах и отдалённых районах, условие доступа к образованию — не только наличие школы, но и возможность до неё добраться. Как только дорожает топливо, растут и расходы на дорогу. Для семей с крайне ограниченным доходом транспорт становится препятствием для посещения школы и в конечном счёте — ущемлением права детей на образование».

Климатический кризис делает эту арифметику ещё труднее. По обзорным материалам DW, в прошлом году из региона сообщалось о том, как изменение климата нарушает образование детей в плавучих общинах — колебания уровня воды, экстремальные погодные явления, опасности передвижения по воде делают школьный путь всё более тяжёлым. Теперь рост цен на топливо накладывается на климатические потрясения, образуя двойное бремя.

Четырнадцатилетняя Нари (Nary) уже покинула класс. Она не может вернуться в школу из-за постоянных головных болей, предположительно вызванных последствиями перенесённого менингита. Её отец, рыбак Тит Сарин (Tit Sarin), рассказал DW: «Когда не можем позволить себе бензин, приходится искать другую работу». В день он зарабатывает рыбной ловлей около 7,5 доллара, но одна поездка на дальнюю рыбалку по озеру обходится примерно в 6,6 доллара бензина. Когда расходы непосильны, вся семья переходит на подённую работу — сбор перца, где за килограмм платят лишь около 25 центов.

Ситуация в Камбодже обнажает часто игнорируемую структуру: когда война взвинчивает цены на нефть, расплачиваются обычно не стороны конфликта, а страны и люди, наиболее удалённые от поля боя и наименее способные переложить издержки. Дети, дрейфующие по озеру Тонлесап, не выбирали, начинать ли войну, но именно они за неё расплачиваются.